Уже около года вплотную занимаюсь изучением вопроса о связи цвета и формы с точки зрения “позитивной науки”. И все это время изредка меня одолевают сомнения – а действительно ли этим путем стоит идти?
Суть этих сомнений примерно следующая. Вопросы цвета и формы – в частности, в дизайне – традиционно считаются творческими вопросами. Применение к творчеству всяческих формализованых методов (вроде психолингвистики или семантической психологии с их аппаратом “измерения значений” методами математической статистики) – ну, вроде как неправильно. Все мы помним, с каким то ли сожалением, то ли презрением, но явно никак не с гордостью доктор Фауст произносит: “Поверил я алгеброй гармонию…”. Всё формализовали, взвесили, сочли, разделили – и куда делось искусство? Остается только Мефистофеля вызывать.
С другой стороны, ведь и сама тема, и мой подход к ней возник не случайно, а из смутной интуиции, что в так называемых “творческих вопросах” что-то неладно. Какой-никакой, но опыт преподавания творческих дисциплин это подтверждает. Если попытаться кратко описать эту интуицию – куда-то не туда творческая энергия направляется…
И вот вчера, размышляя совсем на другую тему, пришел к таким формулировкам.
Вопросы, в частности, цвета и формы – это вопросы выбора средств (я так и пишу во всех своих статьях на эту тему). Оба слова – ключевые: “выбор” и “средства”.
Теперь рассмотрим каждое по отдельности.
В массовом сознании понятие “выбор” прочно связано с понятием “свобода”. Что на самом деле не то чтобы неправильно, а явная ложь. Выбор и свобода – это антонимы. Если ты вынужден выбирать (пусть даже из ста тысяч вариантов), ты уже не свободен. Что, кстати, не отрицает того, что в жизни часто приходится выбирать – вопрос не в самом действии, а в том, как к нему относиться. Если выбираешь, не надо множить иллюзии насчет “свободы”.
Теперь о “свободе”. В массовом же сознании это понятие прочно связано также с понятием “творчество”. И вот с этим стоит согласиться. Я бы даже сказал, более чем согласиться. Стоит признать, что формулировка “свобода творчества” тавтологична (или, говоря по-русски – “масло масляное”). Творчество всегда свободно. Свобода всегда творческая. Это – синонимы.
Из чего следует, что вопрос выбора средств (в том числе выбора средств выразительности в художественном произведении) не есть творческим вопросом. Нечего тут творить. Все уже придумано до нас. Краска бывает или красная, или синяя, или желтая, или.. и так далее, список длинный, но закрытый. Собираясь написать картину, художник не должен проявлять творческий подход и придумывать новые краски. Он должен их правильно выбрать.
А любой процесс выбора – это процесс поиска объекта, соответствующего неким критериям, не более того. Такой процесс не то что можно, нужно формализовать. Сформулировать критерии, составить перечень объектов и положить их рядом. В нужный момент нажать кнопку и получить список объектов Х, соответствующих критерию Y (“нажать кнопку” – это я фигурально…).
Где же тогда творчество? Ответ – во втором понятии.
В выборе средств мы не свободны, не можем и не должны пытаться проявлять свой творческий импульс. В постановке целей - можем и должны.
Свобода (=творчество) проявляется в целеполагании. Мы не выбираем целей для своего творчества, мы их создаем.
…и никто разве не наблюдал, как бывает наоборот? Когда человек выбирает себе цели (“самовыразиться или продаться подороже? или и то, и другое, и пиво тоже?”), ничего не остается, как начать придумывать средства (“чем еще не писали картины?”).
Все беды в мире оттого, что правильные вещи применяются не к месту. Особенно это справедливо в отношении такой правильной вещи, как творчество.
